Толерантность
  Декларация
  История
  Словарь
Лики толерантности
Библиотека
  Библиография
  Клуб
Мастерская
  Мастер-класс
Форум
О нас

 

Портал: Институт социального конструирования Центр социальных инноваций Толерантность

БИБЛИОТЕКА. СМИ

В ПОВЕСТКЕ ДНЯ СОЦИАЛЬНОЕ СИРОТСТВО: "ДЕТИ УЛИЦ" НА СТРАНИЦАХ РЕГИОНАЛЬНЫХ ГАЗЕТ

Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ

    Коллектив Независимого Института Коммуникативистики в течение многих лет реализует различные проекты, направленные на оптимизацию коммуникативных систем, процессов, отношений. Это разработка концепций различных изданий, рекламно–информационных агентств, издательских центров; разработка рекомендаций по совершенствованию тематической направленности периодических изданий, их полиграфического оформления и выпуска; аналитическое сопровождение различных информационных кампаний; организация и проведение научно–практических конференций, конкурсов, и т.п.
    Проект, о котором идет речь в этой книге, на первый взгляд, не очень вписывается в этот ряд. Когда говорят о социальном сиротстве, то обычно рассматривают эту проблему с точки зрения традиционных для данной проблематики подходов: правового, экономического, социального, политического, нравственного, и т.д. Однако, признавая важность и необходимость политического, экономического и прочих дискурсов, рискнем высказать предположение, что, встраивая проблему социального сиротства в культурные и коммуникативные контексты, мы можем получить по крайней мере нетривиальные, а может быть, полезные и в практическом плане выводы.
    Возможность рассмотрения проблемы социального сиротства в культурном и коммуникативном контекстах обусловлена следующим обстоятельством: имеющиеся по этой проблеме материалы позволяют констатировать, что в ряде случаев социальное сиротство есть следствие культурно–коммуникативного конфликта между родителями и детьми, а также результат разрушения традиционных схем и технологий социального контроля общины (и общества в целом) за организацией семейной жизни. Другими словами, проблема социального сиротства выступает формой проявления нарушения связи (или глубоких коммуникативных противоречий) между родителями и детьми, между семьей как социальной ячейкой и обществом как мегасистемой, между различными общественными подсистемами.
    Следовательно, решение проблемы социального сиротства следует искать не только на путях преобразования социально–экономических и политических отношений, но и в сфере формирования иной культурной и коммуникативной среды, обеспечивающей толерантность и взаимопонимание людей.
    В чем суть коммуникативного подхода?
    Обычно в словарях коммуникация (лат. communicatio, от communico) – расшифровывается через понятия "делаю общим", "связываю", "общаюсь". Для того чтобы человек мог развиваться и расти, сообщать окружающим о своих душевных состояниях, чувствах, мыслях и идеях, ему необходимо прибегать к процессу коммуникации. При этом мы исходим из тезиса о том, что любые формы взаимодействия людей опосредуются определенной культурой, которая задает как смыслы взаимодействий, так и правила, технологии их осуществления. С этой точки зрения общество понимается как всеобъемлющая коммуникационная система, структуры которой находятся в тесном взаимодействии.
    Известно, что для того чтобы возникла коммуникация, необходимо существование двух неразрывно связанных с ней компонентов: эмоционального контакта (Говоря об эмоциональном контакте, иногда пользуются термином "эмпатия" – прямой перевод используемого немецкими психологами слова "einfuhlung", дословно "чувствование внутрь". Слово происходит от греческого "pathos" (сильное и глубокое чувство, близкое к страданию) с префиксом "ет–", означающим направление внутрь. Прослеживается аналогия со словом "симпатия", выражающим "сочувствие" и имевшим оттенок сентиментальности. Эмпатия – чувство более глубокое, передающее такое духовное единение личностей, когда один человек настолько проникается чувствами другого, что временно отождествляет себя с собеседником, как бы растворяясь в нем. Именно в этом глубоком и несколько загадочном процессе эмпатии возникает взаимное понимание, воздействие и другие значительные отношения между людьми. Именно в этом состоянии достигается полное взаимопонимание между людьми. Существование эмпатии напрямую связано с самим смыслом коммуникации. Нельзя понять человека, собеседника, если не отождествить себя с ним. ) и согласия по поводу реальности. Внешний мир, понимаемый как реальность, воспринимается через различные каналы восприятия. Для отдельного индивидуума реальность может состоять только из интерпретации ощущений, которые он получает. Сравнительная ненадежность этих данных очевидна.
    Как было сказано выше, любая коммуникация осуществляется в соответствии с некими культурными эталонами, предписаниями, правилами. Обычно выделяют две культурные парадигмы коммуникации: репрессивную и диалогическую. Естественными для репрессивной культуры являются технологии информационного насилия и манипуляции, естественными для диалогической культуры – технологии убеждения и понимания.
    Приходится признать, что в России господствует репрессивная культура коммуникации. Здесь не нужны никакие доказательства: достаточно послушать, как общаются люди, посмотреть журналистские и рекламные тексты. Можно также почитать книги по педагогике и воспитанию детей, где речь постоянно идет о необходимости сформировать нравственную личность, снабдить ее жизненными ориентирами, привить позитивную реакцию на "хорошие" ценности и негативную – на "плохие". Здесь не место обсуждать вопрос о причинах господства репрессивной культуры коммуникации (См.: об этом: Дзялошинский И.М. Культура, журналистика, толерантность (О роли СМИ в формировании в российском обществе атмосферы толерантности и мультикультурализма). В кн.: "Роль СМИ в достижении социальной толерантности и общественного согласия". Екатеринбург, 2002. Дзялошинский И.М., О некоторых причинах интолерантного поведения. В кн.: "Российская пресса в поликультурном обществе: толерантность и мультикультурализм как ориентиры профессионального поведения". М., 2002. ), тем более что соображения по этому поводу уже представлены в нескольких публикациях. Однако в контексте обсуждаемых нами проблем важно отметить, что есть все основания полагать: борьба между названными выше культурными парадигмами обостряется. Интенсивность отмеченной выше смены культурных парадигм во многом связана с тем обстоятельством, что Россия входит в принципиально новую глобальную ситуацию информационного общества.
    Фундаментальные изменения, связанные как с социально–политическими, так и с культурными преобразованиями, могут быть обозначены следующим образом.
    Глобализация. Время, когда вокруг каждой общины существовало свое небольшое уютное информационное поле, бесповоротно прошло. Сейчас каждый из нас, где бы он ни жил, понимает, что он существует в глобальном океане информации. Повышается давление коммуникации на индивидуальное поведение, когда ты должен самоопределяться по поводу событий и проблем, источник которых находится за тысячи километров или в недосягаемых социальных измерениях. Вопрос Гамлета "Что он Гекубе, что ему Гекуба?" в современных условиях теряет свою шекспировскую мощь. Действительно, что миллионам людей на всей планете принцесса Диана?
    Централизация информационных полей. Раньше в центре информационного мира всегда стояла своя информационная система: локальная, региональная, национальная. Сейчас весь мир приобретает единую, централизованную систему информации. Отсюда – унификация сведений и представлений. Специалисты утверждают, что в условиях глобализации у локальных, региональных, национальных культур не остается шансов на выживание. То, что прежде называлось культурой, ныне оказывается пережитком. "Видовое богатство" культур сокращается до нескольких систем знания, конкурирующих между собой в одном центре за право снабжать весь мир, любой периферийный уголок информацией о том, как надо строить жизнь, руководствуясь едиными критериями успеха.
    Возникает ситуация, которую можно назвать ситуацией коммуникативного конфликта. Чаще всего причиной конфликтов выступает различие установок и ценностей, полученных людьми в прошлом в качестве традиций и образцов поведения. Иногда этот конфликт доходит до стадии культурно–коммуникативного шока. Суть культурного шока – конфликт старых и новых культурных норм и ориентаций. Старых – присущих индивиду как представителю того общества, которое он покинул, и новых – представляющих то общество, в которое он прибыл. Собственно говоря, культурный шок – это конфликт двух культур на уровне индивидуального сознания. Особенно сильно ощущают этот шок дети. Они видят несовершенство мира взрослых, видят их пороки и ничего не могут сделать. Им неясен смысл разных ценностей, они не умеют анализировать зависимость оценки от контекста, логично строить моральное рассуждение. Очень часто их асоциальное поведение и насилие проистекают из морального, правового и социального невежества. Но и у их родителей судьба не легче. Мало того, что они не понимают языка, на котором говорят дети, они не в состоянии постичь ценности, которые управляют их поведением.
    Мысль о том, что рост социального сиротства (как и вообще девиантного поведения, в частности, насилия среди молодежи) представляет собой результат разрушения в переживаемую нами переломную эпоху старых ценностных норм–рамок и отсутствие новых, в общем, не нова. Из этих утверждений обычно следует вывод, что лучше возвратиться к старым нормам–рамкам (коммунистическим или докоммунистическим), нежели иметь анархию и распоясавшуюся молодежь. В таком выводе есть опасность. Старые нормы–рамки держались на страхе, поддерживались репрессивной системой, были действенны в отгороженном от всего мира пространстве. Они задавали шаблонное мышление и поведение, которые годились для замкнутого и относительно стабильного мира, но оказались беспомощными перед лицом нынешних резких социокультурных сдвигов. Человек, привыкший жить в жестких шаблонах, обречен на "шок от будущего". Поэтому утверждение, что для ребенка любая семья лучше, чем ее отсутствие, кажется нам не совсем правомерным. Вопрос в том, какая семья.
    Следовательно, можно выделить два стратегических направления деятельности, создающих условия для действительного исчезновения социального сиротства как явления, а не как суммы конкретных случаев. Это а) переход от репрессивной культуры коммуникации к диалогической и б) связанное с таким переходом изменение системы воспитания детей как в семье, так и в школе.
    Переход от репрессивной культуры коммуникации к диалогической возможен только при формировании массовых установок на толерантность и взаимопонимание. Что касается изменения системы воспитания детей, то речь идет о формировании навыков разумного мышления и поведения, а не о накоплении знания (информации), как это присуще традиционной парадигме образования. Особое внимание надо уделять формированию способности решения моральных проблем, межличностных конфликтов, социального общения без использования насилия.
    Анализ материалов проекта, выступлений участников конференции "Помощь детям сиротам в России: итоги и перспективы", организованной программой "АРО", а также итоговой конференции "Российская пресса: в повестке дня социальное сиротство", показал, что многие люди, занимающиеся решением проблем социального сиротства, ждут от прессы, чтобы она постоянно возбуждала общественное мнение и помогала НКО и государству решать проблемы социального сиротства. При этом большинство людей, не имеющих отношения к журналистике, рассматривают общественное мнение как прямолинейную реакцию населения на материалы, появившиеся в СМИ. Отсюда наивная убежденность в том, что если СМИ будут много писать о проблемах социального сиротства, то общественное мнение будет таким, как этого хочется тем, кто инициирует соответствующие статьи. Пресса же, по мнению представителей НКО, занимающихся социальным сиротством, мало помогает им в этом благородном деле. Самая простая идея, которая приходит в голову представителям НКО в этом случае, – обвинить прессу в жестокосердии или социальной некомпетентности и призвать журналистов больше внимания обращать на проблемы социального сиротства. Некоторые, более спокойные представители НКО полагают, что журналисты просто не понимают всей важности этой проблематики и поэтому их надо просветить, для чего следует провести семинары и конференции, разъясняющие значимость проблематики.
    Думается, что все обстоит гораздо серьезнее, и проблема прячется гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд.
    Во–первых, надо понимать, что общественное мнение есть отклик массы людей на те импульсы, которые так или иначе связаны с болевыми точками общества и составляющих его индивидов. Социальное сиротство пока еще не стало действительно болевой точкой общества.
    Во–вторых, характер общественного мнения по тому или иному поводу определяется господствующей в обществе атмосферой. На сегодня большинство россиян рассматривает социальное сиротство как следствие деятельности внутренних и внешних врагов России, разваливших великую страну и доведших ее население до нищеты. Не случайно такой популярной является идея о том, что родители выгоняют детей на улицу потому, что не могут их прокормить. И даже повальное пьянство родителей социальных сирот объясняется во многих публикациях опять же тяжелой жизнью, явившейся следствием бездарной политики властей. Несмотря на наивность и очевидную глупость подобных объяснений, они очень популярны и хорошо воспринимаются аудиторией. Поэтому общественное мнение россиян по поводу социальных сирот настроено не на то, чтобы помогать социальным сиротам, а на то, чтобы найти и наказать тех, кто виноват в возникновении социального сиротства.
    Кроме того, следует иметь в виду, что некоторое количество россиян успели поверить в этику успеха и поставили своей главной целью добиться личного жизненного успеха. Не будучи особенно отягощенными чувством социальной ответственности и солидарности, эти люди рассматривают социального сироту как неуспешного человека и подсознательно относятся к нему как к поверженному конкуренту. Поэтому ожидать от такого человека сострадания слабым не приходится. На Западе идея личного успеха уравновешивается многовековой практикой помощи слабым, контролируемой сильными социальными связями и протестантской этикой. Кроме того, многие люди на Западе достигли такого уровня успеха и благополучия, при котором уже можно посмотреть вокруг, увидеть слабых, которые тебе уже никогда не будут конкурентами, и выделить для помощи им некоторую толику своего благосостояния. Что касается россиян, то многие из них только приступили к штурму вершин успеха, и оглядываться по сторонам и тем более думать о помощи слабым им просто в голову не приходит.
    Это не значит, что на общественное мнение вообще нельзя повлиять. Безусловно, средства массовой информации могут повлиять на массовые настроения, мнения и даже интересы, но при соблюдении нескольких условий.
    Во–первых, при ясном понимании особенностей состояния общественного мнения, (а для этого его надо изучать). Во–вторых, разворачивая информационную кампанию и участвуя в других мероприятиях по привлечению внимания общественности, надо знать и помнить о законах общественного мнения.
    Это одна сторона дела. Другая заключается в том, что российская пресса – как центральная, так и региональная – довольно много пишет о проблемах социального сиротства. Однако анализ этих публикаций показывает, что подход журналистов к осмыслению и подаче этой проблематики грешит поверхностностью, дешевой жалостливостью, погоней за сенсационностью. Все это говорит о том, что есть потребность как в активизации внимания журналистов к проблемам социального сиротства, так и в повышении профессионализма при освещении этой проблематики.
    В ответ на эту потребность был разработан и реализован проект "Российская пресса: в повестке дня социальное сиротство". Выполнение проекта стало возможным благодаря финансовой поддержке Агентства США по международному развитию (АМР США) в рамках Программы "Помощь детям–сиротам в России", осуществляемой совместно "Хольт Интернешнел Чилдренс Сервисиз (Holt) и "Чаритиз Эйд Фаундэйшн" (CAF).
    Перед участниками проекта была поставлена цель – активизировать интерес властных структур, организаций гражданского сектора и населения к проблемам оказания помощи детям–сиротам и повышения уровня этой помощи путем улучшения качества деятельности российских средств массовой информации в освещении этих проблем.
    В рамках данной цели были заявлены следующие задачи:
    1. Повышение информированности российской общественности об успешном опыте работы власти, НКО в сфере профилактики социального сиротства, а именно: в сфере помощи кризисным семьям, детям–сиротам и семьям, имеющим детей с особенностями в развитии. Распространение информации о влиянии проектов, реализуемых при помощи НКО, на эффективность решения проблем в сфере профилактики социального сиротства.
    2. Налаживание взаимодействия НКО, местных органов власти и местных СМИ в целях повышения эффективности решения проблем в сфере профилактики социального сиротства в Томском и Новгородском регионах.
    3. Повышение качества журналистской деятельности в сфере освещения проблем социального сиротства в Томском и Новгородском регионах. Освоение редакционными коллективами современных подходов к организации работы средств массовой информации по формированию общественного отношения к данной проблематике, развитию навыков гражданского поведения. Формирование новой профессиональной культуры журналистов в освещении столь сложных и деликатных проблем, как социальное сиротство.
    В процессе реализации проекта в Великом Новгороде и Томске были проведены семинары для журналистов, в которых приняли участие 26 активно действующих журналистов местных газет. Кроме того, на семинарах присутствовали представители некоммерческих организаций, которые получили возможность не только послушать московских специалистов, но и пообщаться, а иногда и подискутировать с местными журналистами, высказать им свои претензии и выслушать встречные замечания. Проведенные семинары стали площадкой для непринужденного разговора между журналистами и представителями местной власти, отвечающими за работу с социальными сиротами. В процессе дискуссий уточнялись позиции сторон, формулировались новые подходы к освещению данной проблематики, конкретизировались критерии оценки качества журналистской деятельности.
    По прошествии некоторого времени после проведения семинаров был объявлен конкурс газет и журналистов.
    Цель конкурса – привлечение внимания периодических изданий и журналистов к теме социального сиротства и активизация их участия в освещении этой проблематики. Конкурс проходил по следующим номинациям:
    на лучшую публикацию по теме социального сиротства;
    на лучшую газетную кампанию по этой теме;
    на лучшее освещение этой проблематики в отдельном средстве массовой информации.
    К участию в конкурсе были приглашены государственные и негосударственные печатные периодические издания, а также приложения к ним.
    На конкурс поступили заявки для участия в номинациях "На лучшую публикацию по теме социального сиротства" и "На лучшее освещение проблематики социального сиротства в отдельном средстве массовой информации". Определение победителей конкурса проводилось Экспертным советом, который на основе выработанной системы критериев оценил как отдельные публикации, так и деятельность СМИ в целом и определил победителей.
    Материалы, претендовавшие на победу в номинации "На лучшую публикацию по теме социального сиротства", оценивались по таким критериям, как актуальность, злободневность, значимость поднимаемых проблем, тематическое разнообразие, жанровое разнообразие, оперативность, глубина раскрытия тем, аргументированность, многомерность отражения проблематики, конкретность, практическая реализуемость предложений, точность и выразительность языка.
    После обсуждения материалов, присланных на конкурс в этой номинации, были приняты следующие решения:
    премии, соответствующие названию номинации, не присуждать;
    премию "За верность теме" присудить ФЕДОРОВОЙ Валентине Федоровне (г. Великий Новгород);
    премию "За профессиональный рост в освещении проблем социального сиротства" присудить РАДЧЕНКО Марине Валентиновне (г. Стрежевой Томской обл.).
    Газеты, присланные для участия в номинации "На лучшее освещение проблематики социального сиротства в отдельном средстве массовой информации", оценивались с точки зрения системности подачи материалов по проблемам социального сиротства, продуманности, концептуальности освещения проблем, творческого подхода в подаче материалов, единства содержательных и оформительских аспектов, ориентации на достижение конкретных результатов, эффективности (с точки зрения решения проблем социального сиротства).
    После обсуждения материалов, присланных на конкурс в этой номинации, были приняты следующие решения:
    премии, соответствующие названию номинации, не присуждать;
    премии "За творческий подход в освещении темы социального сиротства" присудить редакции газеты "Новгородские ведомости" (г. Великий Новгород) и редакции газеты "Северная звезда" (г. Стрежевой Томской обл.).
    поощрительную премию "За поддержку деятельности журналистов, освещающих проблемы социального сиротства" присудить редакции газеты "Красная искра" (г. Великий Новгород).
   
    Победители конкурса были приглашены на итоговую конференцию в Москву, где им были вручены премии и дипломы.
    На конференции обсуждались результаты проекта и возможные направления повышения эффективности участия региональной прессы в решении проблем социального сиротства.
    Выступившие на пленарном заседании эксперты задали основные ориентиры для дискуссий на Круглых столах. Всего состоялось три Круглых стола: "Социальное сиротство в России: ситуация и проблемы", "Что делают и могут делать власть, бизнес, НКО для решения проблем социального сиротства", "СМИ и проблемы социального сиротства".
    По единодушному мнению участников конференции, в Томской и Новгородской прессе увеличилось количество публикаций, посвященных проблемам детей–сирот, развитию семейных форм воспитания детей–сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, общественным инициативам по оказанию помощи и поддержки детям–сиротам, укреплению взаимосвязей и взаимодействия между организациями и объединениями, работающими в области социально–психологической помощи детям, передаче накопленного ими опыта. Повысилось качество этих публикаций, более разнообразными стали формы газетной работы в этом направлении. Начинает меняться отношение жителей и общественности к проблемам детей–сирот, развитию семейных форм воспитания детей–сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
    Следует отметить, что, поскольку проблема социального сиротства весьма актуальна и в других регионах России, она интересует журналистов независимо от того, есть в этих регионах положительный опыт решения этой проблемы или нет, целесообразно расширять территорию проведения таких семинаров. Это позволило бы сравнить и ситуацию, и подходы к освещению проблематики социального сиротства, сделать более глобальные выводы, разработать максимально насыщенные рекомендации. Кроме того, можно рассматривать варианты перехода от размещения отдельных публикаций в отдельных СМИ к осуществлению комплексных информационных кампаний, проводимых по единому плану специалистами в области public relations.
    Мы надеемся, что материалы этой книги – выступления на региональных семинарах и на итоговой конференции, публикации победителей конкурса – станут основой для профессиональных размышлений журналистов, не только пишущих на тему социального сиротства, но и в принципе озабоченных цивилизованным социальным развитием нашей страны

Оглавление