Толерантность
  Декларация
  История
  Словарь
Лики толерантности
Библиотека
  Библиография
  Клуб
Мастерская
  Мастер-класс
Форум
О нас

 

Портал: Институт социального конструирования Центр социальных инноваций Толерантность

БИБЛИОТЕКА. ВЕК ТОЛЕРАНТНОСТИ. Выпуск 3 - 4.

Федеральная целевая программа
"ФОРМИРОВАНИЕ УСТАНОВОК ТОЛЕРАНТНОГО СОЗНАНИЯ И ПРОФИЛАКТИКА ЭКСТРЕМИЗМА В РОССИЙСКОМ ОБЩЕСТВЕ"

Оглавление

ПРОБЛЕМЫ ИЗУЧЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ТЕРПИМОСТИ

ЕЛЕНА ШЕСТОПАЛ

Если заглянуть в толковые словари, то мы узнаем, что толерантность или терпимость по смыслу связана с такими человеческими качествами, как смирение, кротость, снисходительность и великодушие. Напротив, нетерпимость проявляется в запальчивости, опрометчивости, требовательности, непостоянстве и других действиях, которые носят оттенок непродуманности, импульсивности и незрелости. Даль объясняет, что такое терпимость, на примерах терпимости личных убеждений, терпимости к иной вере.

Поразительно, но в справочниках, словарях и энциклопедиях понятие толерантности в его политическом значении практически отсутствует. Зато о политической и иной нетерпимости написаны десятки трудов. Это можно объяснить только тем, что с нетерпимостью мы сталкиваемся значительно чаще, чем с проявлениями кротости и смирения, великодушия и снисходительности.

От нетерпимости страдают и отдельные люди, и целые народы. Даже наша совсем недавняя история полна примерами политической нетерпимости, которая приводит к серьезным конфликтам и даже войнам. Распад Советского Союза дал толчок проявлению национальной нетерпимости. Межэтнические конфликты азербайджанцев с армянами, грузин с абхазцами, русских с чеченцами и множество других мелких и крупных столкновений между этническими группами формируют образ врага, терпимость к которому общество осуждает. Религиозная нетерпимость к представителям иной конфессии приводит к столь же страшным последствиям, о чем дает представление жестокость исламских фундаменталистов по отношению к "неверным".

Нежелание признавать право другого человека или народа на иные убеждения имеет политические последствия и в случае с национальной, и в случае с религиозной нетерпимостью. Однако в последние годы мы на каждом шагу сталкивались с проявлениями политической нетерпимости в "чистом виде". Противостояние "демократов" и "патриотов" в 1992–1993 годах, приведшее к расстрелу Белого дома, было бы невозможным, если бы не существовало жесткого деления на "наших" и "ненаших", неумения и нежелания, прежде всего, самих политиков договариваться между собой.

На памяти у всех ряд конфликтов между ветвями власти, причинами которых стали психологическая несовместимость Президента и спикера Парламента, неадекватность взаимного восприятия представителей разных ветвей власти, в основе которых лежала, прежде всего, психологическая нетерпимость к политическим оппонентам.

Нетерпимость проявляется, прежде всего, на уровне межличностных отношений. Так, личная неприязнь Ельцина и Хасбулатова оказалась неотделима от конфликта между их ролями Президента и Председателя Верховного Совета. Но, что самое примечательное, что вслед за этим началась миграция сторонников Ельцина из парламентских структур в структуры исполнительной власти. Уходя из ВС, Ельцин кого–то пригласил с собой. Остальные потянулись следом в соответствии с законом стаи. Стоит ли говорить, что оставшиеся в парламенте депутаты все более консолидировались на антипрезидентской основе. Можно сказать, что создание из парламента образа "врага" было во многом делом рук самой исполнительной власти, и не всегда ее представители осознавали это.

Психологическая несовместимость людей, даже входящих в одну политическую команду, стала отличительной чертой политики последних лет, не поддающейся объяснению с рациональных позиций. Это не означает, что рациональные расчеты полностью вытеснены эмоциями и мотивами, нередко плохо осознаваемыми самими политиками. Но несомненно, что последние представлены в нынешней российской политической жизни несравнимо больше, чем в стабильные времена.

Определение от противного: нетерпимость. Чтобы разобраться, что такое политическая толерантность и как можно ее достичь, пойдем от противного и обратимся к исследованиям в области политической психологии, которая давно заинтересовалась политической нетерпимостью. Начнем с понятий, которые описывают явления, сопутствующие политической нетерпимости. Этот феномен привлек внимание исследователей, которые изучали авторитаризм, национализм, политический конформизм, консерватизм и политические предрассудки и стереотипы. Возможно, понятие толерантности станет более понятным, если мы разберемся с этими явлениями.

Политические психологи, начиная с известной работы Т.Адорно и его соавторов, обнаружили психологический феномен, названный ими "авторитарной личностью" (Adorno,1950). Со времен Адорно политические психологи, изучающие феномен авторитарной личности, подчеркивают, что этот сложный комплекс симптомов включает два вида составляющих. С одной стороны, – это набор идеологических представлений, таких как национализм (этноцентризм), консерватизм, милитаризм и религиозность. С другой стороны, авторитарная личность характеризуется собственно психологическими особенностями. Описывая человека авторитарного склада, психологи отмечают ряд типичных для него эмоциональных, когнитивных и поведенческих проявлений. Так, он отличается крайней нетерпимостью к мнениям, не совпадающим с его собственными, нетерпимостью к неопределенности, к "непорядку". Его психика отличается ригидностью (застойностью), а мышление – приверженностью к стереотипам и закрытостью новому знанию. Он оценивает мир в черно–белых тонах (хорошо–плохо, красиво–некрасиво) и не приемлет сложных понятий (см. примечание в конце статьи). В тех случаях, когда ему приходится иметь дело со сложными и запутанными проблемами, он выходит из положения, облекая их в упрощенные категории и игнорируя нюансы.

Целый комплекс свойств авторитарной личности складывается в отношении власти. Так, авторитарного человека характеризует авторитарная агрессия и авторитарное подчинение, которые проявляются как почитание тех, кто стоит выше во властной иерархии, и стремление подавить, унизить всякого, кто ниже его. Такие люди вообще склонны мыслить в терминах власти, для них очень важно выяснить, кто главный, кто кому подчиняется. Для авторитарной личности характерно стремление ориентироваться на других и на условности (конвенционализм), принятые в его группе (Greensten, 1987).

Интерес к проблеме авторитаризма в политической психологии пережил периоды подъемов и спадов. Так, в первые послевоенные годы он диктовался стремлением понять психологические истоки фашистского национал–социализма. Затем был период стабильного политического развития (по крайней мере, в развитых странах Запада), который породил иллюзию, что авторитаризм ушел в прошлое. Однако ни национализм, ни авторитаризм не относятся к числу феноменов, с которыми человечество простилось навсегда, в силу того, что в их основе лежат некоторые фундаментальные психологические механизмы, вновь и вновь приводящие к возникновению этих феноменов, как только политическая ситуация становится для этого благоприятной. Это явление имеет не только социальные корни, но и подчиняется определенным психологическим закономерностям. В частности, была установлена зависимость между типом семейного воспитания и проявлениями авторитарности.

Мы уже отмечали, что проявления политической нетерпимости нередко сопутствуют таким феноменам, как этноцентризм. Раскрывая психологическую природу национальной нетерпимости, Адорно утверждал, что этноцентризм связан с противопоставлением своих и чужих. Чужие – это объекты негативных оценок и враждебных установок, тогда как "свои" являются предметом позитивных установок, причем это одобрение имеет некритический характер. При этом "чужие" находятся социально ниже "своих" (Adorno, 1950).

Признание безусловного превосходства своего народа над другими невозможно обосновать никакими рациональными мотивами. Когда распался Советский Союз, одним из первых вооруженных конфликтов, вспыхнувших на его территории и до сих пор не нашедших своего разрешения, стал конфликт между Арменией и Азербайджаном по поводу Нагорного Карабаха. Каждая из конфликтующих сторон дает свое обоснование того, почему именно она должна владеть данной территорией. В ход идут и исторические аргументы, и апелляция к справедливости, и призывы к международному общественному мнению. Однако все рациональные аргументы сторон не могут скрыть главного: психологической почвой возникновения конфликта были националистические чувства, подогретые определенными политическими силами, которые использовали их для разжигания конфликта. Даже если объективно никто из его участников уже не будет заинтересован в продолжении военных действий, "выключить" националистические установки автоматически невозможно.

Изучая этноцентризм как частное проявление авторитарности уже в постперестроечные годы, российский психолог В.Агеев и американец С.Макфарлэнд пришли к выводу, что этноцентризм у русских и американцев одинаково укоренен в авторитарной личности. И у них, и у нас национальные предрассудки направлены против всех видов "культурных чужаков" (будь это негры и мексиканцы в Америке или лица кавказской национальности и евреи в России) (McFarland, etc 1994).

Национализм и этноцентризм выступают, прежде всего, в форме предрассудков в отношении представителей иной этнической группы. В книге "Природа предрассудков" Г.Оллпорт рассматривал предрассудок как социальную установку, которая была приобретена под влиянием внешних факторов и личностной структуры, выполняющую обычную психологическую функцию. Так, например, неприязнь к неграм и другим меньшинствам описывается им как иррациональное, извращенное и длительное чувство. Дискриминационное поведение в отношении меньшинств нередко является результатом приспособления индивида к определенным социальным привычкам и ситуационным требованиям, а не выражением впитанной с детства враждебности или глубоким убеждением (Allport, 1988).

Проявления нетерпимости к "чужакам", людям из другой группы коренятся еще в одном политико–психологическом феномене – политическом конформизме. Политический конформизм выражается в нетерпимости к "чужакам" и, одновременно, в терпимости по отношению к той группе, с которой индивид себя идентифицирует. Если человек идет голосовать на выборы не в силу собственной убежденности в достоинствах того или иного кандидата, а потому, что так проголосовал его знакомый или родственник, то он поступает как политический конформист. Конформизм определяется в социальной психологии как поведение индивида в ситуации давления на него группы. При этом не всегда такое психологическое давление осознается.

Исследования проблемы политического конформизма показали, что есть определенные объективные и субъективные условия, при которых конформизм расцветает. Например, если выборы проходят под дулами автоматов, то трудно рассчитывать на то, что волеизъявление будет свободным от давления. Однако, хорошо известно, что участие в выборах в нашей стране в последние предперестроечные годы проходило не в условиях репрессий, но, тем не менее, в силу политического конформизма свыше 90% избирателей голосовали "за" практически безальтернативного кандидата.

Проявления политического конформизма встречаются в политической жизни партий и организаций, движений и групп, давление которых на своих членов осознается ими в той или иной степени. Авторитарный климат, несомненно, способствует развитию политического конформизма, между тем, как демократический способствует тому, что личность вырабатывает независимое мнение по политическим вопросам и не боится высказать свое несогласие с группой. Однако при всем различии стилей, климата, царящего в политической организации, необходимо иметь в виду, что конформизм встречается и в самых демократических и прогрессивных из них.

Существует связь между авторитаризмом и конформизмом. Так, западные исследования показали, что конвенционализм, т.е. жесткое следование определенным культурным нормам, является центральной чертой авторитаризма. Коммунистические взгляды в бывшем СССР были такой же конвенциональной нормой, как теперь демократия в России. Агеев и Макфарленд показали, что в перестроечный и постперестроечный периоды авторитаризм привязан именно к конвенционализму. При этом смена политических ориентиров с коммунистических на либеральные не приводит к уменьшению конвенциональности, хотя эта конвенциональность и не лишена содержательной окраски. Авторитаризм проявляется как лояльность разным культурным нормам, даже когда они друг другу противоречат.

Консерватизм. Еще в тридцатые годы были проведены первые психологические исследования консерватизма. Так, Лентц предложил и апробировал шкалу консерватизма–радикализма, включавшую опросник из 60 пунктов. Он обнаружил, что по этой шкале женщины более консервативны, чем мужчины. Консервативно настроенные респонденты чаще являются выходцами из слоев с невысоким образовательным и экономическим уровнем. Они менее либеральны в своих политических и религиозных предпочтениях. Их отличает меньшая активность в научных и прочих спорах. Лентц предложил респондентам выбрать наиболее близкие им по духу имена из списка 156 известных людей. Консерваторы поставили в начало списка религиозных, военных лидеров, звезд шоу–бизнеса и спортсменов. В то же время радикалы поставили в начало списка ученых, изобретателей, писателей (особенно поэтов) и исполнителей классической музыки.

Лентц так суммирует свое исследование: работа в целом показывает, что в отличие от радикалов консерваторы

  • больше сопротивляются изменениям,
  • больше предпочитают все условное, традиционное и рутинное,
  • больше предпочитают церковь (не говоря о религии),
  • больше отвергают науку, особенно ее будущие открытия,
  • более щепетильны в вопросах секса,
  • больше склонны к морализированию,
  • в целом более застенчивы,
  • чаще стремятся сгладить конфликты, как в личных, так и в публичных отношениях и не любят споров,
  • менее терпимы к побежденной стороне и не склонны ей симпатизировать,
  • больше поддерживают капитализм, хотя их экономический статус ниже, чем у радикалов,
  • больше милитаристы и националисты,
  • чаще склонны разделять расовые предрассудки,
  • больше интересуются спортом,
  • больше подвержены предрассудкам,
  • меньше интересуются эстетическими темами и обладают меньшим воображением,
  • реже разделяют идеи феминизма.

Таким образом, еще до Второй мировой войны Лентц дал определение консерватизма, которое предваряет понятие авторитарной личности и сводится к таким ее проявлениям, как конвенциональность, религиозность, морализм, капитализм, милитаризм, национализм, расовые предрассудки и сексизм (Eckhardt, 1991).

Позже эту линию продолжил Г.Айзенк, чье определение консерватизма включало "предпочтение патриотизма, посещение воскресных церковных служб, признание необходимости смертной казни, суровое наказание преступников, веру в неизбежность новой войны и в реальность Бога" (Eysenk, 1955). Позже, в 1978 году, Айзенк доработал свою двухфакторную шкалу социальных установок, в которой представлены два измерения: консерватизм–радикализм и жесткость–мягость мышления.

Другой известный психолог, занимавшийся проблемой нетерпимости, М.Рокич показал, что консерваторы существенно больше, чем радикалы, склонны к авторитарности, этноцентризму и ригидности. Он ввел еще одно измерение авторитарности, названное им догматизмом. Рокич считает, что нельзя путать авторитаризм, замешанный на правой идеологии, с обычной закрытостью мышления. Он предложил шкалу догматизма, которая призвана измерять "закрытость психической организации, веру в абсолютную власть... и проявления нетерпимости" (Rokeach, 1960). Так, английские консерваторы и коммунисты имеют одинаково высокие показатели по этому параметру. Позже оказалось, что левые менее догматичны, чем правые, и не более догматичны, чем центристы.

Вообще вопрос о том, связаны ли идеологические предпочтения с определенной психологической структурой личности, не получил достаточно достоверного ответа. С.Липсет проводил различие между политически и экономически левыми взглядами, показав, что хотя рабочий класс экономически высказывается в пользу левых взглядов, средний класс является политически более левым в вопросе гражданских прав и демонстрирует большую толерантность (Lipset, 1960). Чуть позже Томкинс высказал предположение о связи между идеологическими предпочтениями и эмоциональным настроем респондентов. Так, радикалы чаще верят в изначальную доброту человека. Это убеждение коррелирует (0.30 и больше) с предпочтением демократического правительства, эмпатией, нежесткой дисциплиной, верой в чувства и разнообразием. Консерваторы считают, что человек изначально плох. Это убеждение коррелирует с предпочтением правительства, которое может наказывать, с отсутствием эмпатии, обязательностью дисциплины, страхом перед чувствами и иерархической избирательностью. Таким образом, "то, как человек научается ощущать самого себя и других людей, определяет и его общий идеологический выбор" (Tomkins, Izard, 1965).

Таким образом, как идеологические, так и собственно психологические составляющие авторитарной личности оказываются связанными с проявлением нетерпимости к инакомыслию и непринятием плюрализма. Совершенно очевидно, что эти качества противоположны тем, которые необходимы для того, чтобы человек принял и следовал в своем поведении тому, что принято называть демократическими ценностями. Между тем, понятие "демократической личности", в отличие от авторитарной, не получило широкого распространения и встречается в единичных работах по политической психологии. Так, можно встретить в литературе гипотезу, предполагающую, что для установления демократии необходимо, чтобы определенный "демократический" тип личности приобрел достаточно широкое распространение, хотя о пропорциях "демократов" и "автократов" в разных политических системах нет никаких достоверных сведений. Этот тип личности отличается открытостью мышления и терпимостью к инакомыслию, способностью к компромиссам и свободой от бессознательной тревожности, приоритетом рационального начала в выборе политической позиции и отсутствием стремления к подавлению других, признанием людей равными и активной жизненной позицией.

Очевидно, терпимость вообще и ее политическая разновидность являются неким желательным, идеальным качеством, стремление к которому декларируется как моральная норма, но выполняется в реальности достаточно редко. Особенно затрудняется достижение политической толерантности в ситуациях противостояния, раскола общества на враждующие партии и группы, каждая из которых добивается единства, прежде всего, за счет противопоставления своих членов противникам. Лозунг "Если враг не сдается, его уничтожают" мог появиться как раз в такие сложные времена.

И все же библейская максима, требующая от христианина подставить левую щеку, если его ударили по правой, тоже была высказана не в идиллически мирные дни. В ней содержится не просто призыв к терпению и прощению своих врагов, но еще более трудное для выполнения требование – возлюбить своего врага. Это парадоксальное, не соответствующее здравому смыслу моральное требование никогда не было простым и естественным. Для его осуществления нужно преодолеть инстинктивное стремление к отмщению за причиненный ущерб, за обиду. Но великая религиозная доктрина две тысячи лет назад нашла в терпимости инструмент подлинного решения конфликтов через любовь, смирение, прощение и отказ от насилия. Все эти качества не появляются сами собой. Они являются плодом воспитания через осознанное преодоление нашей животной природы. Таким образом, проявления терпимости являются признаком моральной и социальной зрелости личности, до которой, увы, дорастают не все.

Примечание. Среди характеристик когнитивного стиля политические психологи выделяют такие, как понятийная сложность или простота, доверие или недоверие к партнеру. Так, для одних людей свойственно восприятие политики в черно–белых тонах, а для других – большая понятийная сложность, большее разнообразие оттенков в политических позициях. Низкая интегративная сложность обычно отличает людей негибких, догматичных, невосприимчивых к новому. Ряд исследователей установил связь такого когнитивного стиля с конкретными политическими ориентациями. Так, было доказано, что низкая понятийная сложность чаще встречается у право–консервативных, чем у либеральных политиков и их сторонников. Вообще радикалы и справа и слева более склонны делить людей на "наших" и "не наших".

ЛИТЕРАТУРА

  1. Adorno T.W., Frenkel–Brunswick E., Levinson D., Sanford R.N. The Authoritarian personality. New York, Harper,1950.
  2. Allport G. The Nature of Prejudice. Addison–Wesley, Reading.Mass., 1988
  3. Eckhardt W. Authoritarianism // Political Psychology, 1991.Vol.12, N1 Р.100.
  4. Eysenck H.J. The Psychology of Politics. Praeger, N.Y.,1955. Р.118–119.
  5. Greensten F. Personality and Politics, Princeton, Princeton University Press, 1987.Р.103–104.
  6. Lipset S.Political Man. The Social Basis of Politics., N.Y.Dubbleday, Garden City, 1960. Р.102
  7. McFarland S., Ageev V., Abalkina M. The Authoritarian Personality in the USA and USSR. Comparative Studies // Strengths and Weaknesses: the Authoritarian Personality Today/ Ed by W. Stone, G.Lederer, N.Y., Springer–Verlag, 1994.
  8. Rokeach M, The Open and the Closed Mind. N.Y.Basic Books, 1960. Р.3.
  9. Tomkins S., Izard C. Affect, Cognition and Personality. N.Y.: Springer, 1965. P. 97.