Толерантность
  Декларация
  История
  Словарь
Лики толерантности
Библиотека
  Библиография
  Клуб
Мастерская
  Мастер-класс
Форум
О нас

 

Портал: Институт социального конструирования Центр социальных инноваций Толерантность

БИБЛИОТЕКА. ОБРАЗОВАНИЕ

ПСИХОСЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЭТНИЧЕСКИХ СТЕРЕОТИПОВ:
ЛИКИ ТОЛЕРАНТНОСТИ И НЕТЕРПИМОСТИ.

Оглавление

Обсуждение результатов

Сопоставляя семантические пространства восприятия стран Мира, Европы и СНГ российскими респондентами, можно говорить как о значительном сходстве категориальной структуры геополитического восприятия этих реалий, так и о некотором различии. Например, везде присутствуют четыре базисных категории восприятия:

  • демократические, преуспевающие государства - тоталитарно-неблагополучные,
  • военная мощь государства,
  • дружественность по отношению к России,
  • религиозность, духовность общества.

Однако есть и определенные различия, обусловленные спецификой объектов восприятия (стран Мира, Европы и СНГ). Напомним, что семантическое пространство не является "вместилищем", в котором размещаются объекты восприятия, а его структура (семантика, метрика и топология) производна от наполняющего ее содержания. Так, размерность семантического пространства восприятия стран Мира (как более неоднородных), оказалась более высокой и, соответственно, более высокой оказалась когнитивная сложность восприятия мирового пространства нашими респондентами.

Наряду с первым фактором, содержащим на одном полюсе прототипический образ преуспевающих западных демократических обществ в оппозиции к антизападным, существует и близкий ему (интеркорреляция факторов r =0.6) четвертый фактор, также отражающий благополучие и высокий культурный уровень страны, но уже в сочетании с плановой, а не рыночной экономикой. Напомним, что наибольшую нагрузку по этому фактору получили скандинавские страны и, в первую очередь, Швеция. Т.е. в сознании наших респондентов несомненно выделяются два фактора, отражающих два возможных пути экономического и культурного преуспевания: "западный", прототипически представленный США, Канадой, Японией и т.д., и шведская модель социализма с элементами плановой экономики.

Что касается более однородного политического пространства Европы, то и когнитивная сложность его восприятия оказалась ниже. Так, первый фактор общемирового пространства, интерпретированный как Архетипические страны западной демократии - Антизападные страны и относительно независимый от первого фактора четвертый фактор общемирового пространства Политическая стабильность и преуспевание по шведскому образцу слились в единый фактор Общее благополучие - Неблагополучие стран.

Один из самых серьезных выводов, который можно сделать из проведенного исследования, это наличие в политическом менталитете российских респондентов взаимосвязи между демократическим устройством государства и его экономическим процветанием (см. набор признаков, входящих в первый фактор семантических пространств восприятия стран СНГ, Европы, Мира). То, что богатые страны как правило более демократичны, связано со спецификой трудовой активности населения в постиндустриальном обществе, требующей творческой самостоятельности в принятии решений субъекта-труженика. Оптимальные условия обучения, развития и функционирования дает именно демократически устроенное государство. С другой стороны, как показывают исследования Буркхарта и Левис-Бека, экономическая депрессия и упадок способствуют становлению авторитарных и тоталитарных режимов. Как показывают наши исследования, несмотря на депрессию в экономической сфере и перманентные кризисы в политической жизни, общественный менталитет большей части российского общества продолжает ориентироваться на демократические ценности и полагает, что путь к экономическому процветанию взаимосвязан с развитием и упрочением демократии.

Один из значимых факторов - категорий в структуре российской геополитической ментальности - это фактор Дружествен­ность стран по отношению к России. Как уже отмечалось выше, вычисление при факторизации матриц первичных данных ненормированных факторных баллов позволяет реконструировать семантическое пространство и позиции в нем анализируемых стран, так сказать, в абсолютных, а не в относительных величинах, априорно предполагающих, что "центр тяжести" находится в нуле. Наиболее дружественными России среди стран - членов СНГ, российские респонденты считают Белоруссию, Украину, примыкающую к ней непризнанную самопровозглашенную республику Приднестровье и Казахстан. Напомним, что и товарооборот между ними и Россией в рамках СНГ достигает 90% (см. Москвин, 1997). Т.е. реалии как экономики, так и общественного политического менталитета совпадают с представлениями выдающегося российского писателя А.И.Солженицына, выраженными в его публицистическом манифесте "Как нам обустроить Россию". Таким образом, нобелевский лауреат и академик РАН действительно выступил выразителем народных чаяний. Другое дело, что это взгляд из России, и для определения мнения граждан вышеназванных стран требуется проведение референдума или хотя бы аналогичного исследования. Верна поговорка, что от любви до ненависти один шаг: среди бывших советских республик, а ныне независимых стран, имеются государства, негативно оцениваемые респондентами с точки зрения дружественности по отношению к России, в то время как ни одно (!!!) государство Европы не получило по этому фактору негативную оценку.

Что касается наиболее дружественных стран в мировом пространстве, то помимо маленьких стран, таких как Болгария и Куба, бывших тесно связанными с Россией на разных этапах ее истории, обращает на себя внимание отнесение к дружественным (в сознании наших респондентов) великих Индии и Китая. И в этом плане стоит обратить внимание на сделанное в ходе визита в Индию заявление бывшего российского премьера Е.М.Примакова о возможном тройственном союзе в рамках многополярного мира между Россией, Китаем и Индией. Несмотря на кажущуюся малую вероятность такого союза, в силу, например, нерешенных взаимных территориальных претензий Индии и Китая, а также зависимости всех трех стран от инвестиций западного сообщества и т.п., это заявление имеет определенные основания в геополитических представлениях российских граждан, отражает некоторое угасание энтузиазма по поводу ориентации России на Запад, в силу как экономических, так и политических проблем, и свидетельствует о заинтересованном взгляде на Восток в поиске геополитических партнеров.

Литература

Бжезинский 3. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1998.

Бжезинский 3. Я не считаю, что нынешняя Россия распадется на несколько государств // Независимая газета. 1998. 31 дек.

Блинникова И.В. Зрительный и пространственный опыт в мысленных репрезентациях // Психологический журнал. 1998. №1. С.101-115.

Бовин А. Евразия: миф и реальность // Известия. 1998. 17 дек.

Величковский Б.М., Блинникова И.В., Лапин Е.А. Представление реального и воображаемого пространства // Вопросы психологии. 1986. № 3. С. 103-112.

Гаджиев К.С. Введение в геополитику. М.: Логос, 1998.

ГолдДж. Психология и география. Основы поведенческой географии. М.: Прогресс, 1990.

Дробижева Л.М., Аклаев А.Р., Солдатова Г.У. Демократизация и образы национализма в Российской Федерации 90-х годов. М.: Мысль, 1996.

Инглхарт Р. Постмодерн: меняющиеся ценности и изменяющиеся общества // Полис: Политические исследования. 1997. № 4. С. 6-32.

Колосов В.А. Российская геополитика: традиционные концепции и современные вызовы // Общественные науки и современность. 1996. №3. С. 86-94.

Лебедева Н.М. Роль культурной дистанции в формировании новой идентичности в постсоветском пространстве // Идентичность и конфликт в постсоветских государствах: Сб. М., 1997. С. 64-82.

Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

Москвин Л.Б. СНГ: Тенденции и итоги развития интеграции // Общественные науки и современность. 1997. № 2. С. 49-59.

Петренко В.Ф. Введение в экспериментальную психосемантику: исследование форм репрезентации в обыденном сознании. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1983.

Петренко В. Ф. Психосемантический подход к этнопсихологическим исследованиям // Советская этнография. 1987. № 3.

Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988.

Петренко В.Ф. Основы психосемантики. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1997.

Петренко В.Ф., Митина О.В. Психосемантический анализ динамики общественного сознания (на материале политического менталитета). М.: Изд-во Моск. ун-та, 1997.

Поппер К. Открытое общество и его враги: В 2 т. М.: Культурная инициатива, 1992.

Солженицын А.И. Как нам обустроить Россию. М., 1994.

Сорос Дж. Будущее капиталистической системы зависит от упрочения глобального открытого общества // Известия. 1998. 12янв.

Сорос Дж. Россия в опасности // Известия. 1998. 5 март.

Шишков Ю.В. Россия между ближним и дальним зарубежьем // Общественные науки и современность. 1997. № 2. С. 36-48.

Шмелев А. Г. Введение в экспериментальную психосемантику: теоретико-методологические основания и психодиагностические возможности. М .: Изд-во Моск . ун - та , 1983.

Berry J. W. Psychology of acculturation // Cross-Cultural Perspectives. Lincoln , 1990.

Briggs R. On Relationship between Cognitive and Objective Distance // Environmental design Reserch / Ed. W.F.E. Preiser. Vol. 2. Stroudsburg, 1973.

ButtimerA. Social Space in Interdisciplinary Perspective // Geographical Review, 1969.59. P. 417-426.

Downs R.M., Meyer J.T. Geography and the Mind: An Exploration of Perceptual Geography // American Behavioural Scientist. 22. P.59-78.

Inglehart Л , Carballo M. Does Latin America Exist? (And is There a Confucian Culture?) A Global Analysis of Cross-Cultural Differences // PS: Political Science & Politics. 1997. Vol. 30. №1. P. 34-46.

Golant S., Burton I. A Semantic Differential Experimental Experiment in the Interpretation and Grouping of Environmental Hazards // Geographical Analysis. 1970. №2. P. 120-134.

Gould P.R. Problem of Space Preferences, Measures and Relationships // Geographical Analysis. 1969. №1. P. 34-44.

Gould P.R., White R.R. The Mental Maps. Harmondsworth: Penguin, 1974.

Kelly G.A. The Psychology of Personal Constructs. N.J.: Norton, 1955.

Mackinder H. The Geographical Pivot of History // Geographical Journal. 1904. Vol. 23. P. 421-437.

Osgood Ch., Suci C.J., Tannenbaum P.H. The measurment of meaning. Urbana: University of Illinois Press, 1957.

Petrenko V., Mitina 0. The Psychosemantic Approach to Political Psychology (Mapping Russian Political Psychology) // State of Mind / Eds. Halpern D., Voiskunsky A. N.Y.; Oxford: Oxford University Press, 1997.

Tajfel H., Turner J.C. The social identity theory of intergroup behavior // Psychology of intergroup relations. Chicago: Nelson-Hall, 1986.

Triandis H.C. Culture and social behavior // Culture and social behavior. N . J .: McGraw - Hill , 1994.

Оглавление